Борис Херсонский (borkhers) wrote,
Борис Херсонский
borkhers

тяжелый вопрос

Поскольку в последнее время меня, как принято теперь выражаться, "задолбали" вопросами и, главное, не всегда вежливыми комментариями по поводу ритма моей поэтической работы, чтобы не высказываться по этому поводу лишний раз - привожу отрывок из интервью, которое вел Леонид Костюков на полит.ру (конец ноября прошлого года). Полностью интервью вот здесь.




К.: Значит, дальше, наверное, самый важный вопрос. Он, сразу скажу, без подтекста, он не конфликтный, в нем нет потайных мест. Прямо. Как тебе удается писать много хороших стихов? Хороших стихов не в смысле, что там высокий уровень стихосложения, культура… Это как раз понятно, если у человека она есть, так она будет во всех восьми стихах, которые он пишет подряд, а стихов наполненных, стихов существующих. Это мало кому удается, поэтому здесь какая-то тайна.

Х.: Ну, если это тайна, то это тайна в каком-то смысле и для меня. Но я это воспринимаю как некий естественный ритм - почти как ритм дыхания. То есть во многом продуктивности способствует именно стиль моей жизни: известная замкнутость, постоянная склонность к рефлексии, традиционная для психолога подготовка: в смысле контакта с собственным бессознательным. Мне легче чувствовать какие-то глубинные основы моей психики, чем человеку, не имеющему такого навыка. Кроме того, я очень мало вовлечен в общественную жизнь. Это значит, что я не выпью 300 грамм на вечеринке, не буду до хрипоты спорить с какими-то друзьями, утром у меня не будет болеть голова, то есть все эти практические смешные вещи, они на самом-то деле имеют огромное значение. Грех, конечно, приводить примеры гениального человека, но пример Александра Сергеевича Пушкина - когда ему нужно было что-то написать, он уезжал. Но есть еще лучше пример, это пример Державина, который… многие знают… когда Державин начал писать свою знаменитую оду «Бог», он никак не мог ее закончить. Сначала он отошел от общественных дел - и у него все равно не получилось. Тогда он обманул свою жену, он сказал ей, что едет инспектировать польские селения. Он уехал из города, ни в какие польские деревни не поехал, а поехал в какой-то маленький городок, в захудалую гостиницу и там жил и только ждал, когда же к нему придет окончание этой оды. «Но если славословить должно,/То слабым смертным невозможно/Тебя ничем иным почтить,/Как им к Тебе лишь возвышаться,/В безмерной разности теряться/И благодарны слезы лить». Вот до тех пор, пока он не проснулся ночью в слезах и не увидел какой-то совершенно необычный свет, он ее не закончил. И понятно, что отключение от такой вот повседневной суеты бывает необходимо. А в силу, может быть, некоторой изоляции в городе, о чем мы говорили в начале, мне была создана идеальная обстановка для писания.

К.: То есть можно ли сказать так? Ну - вот я скажу, как понял твой ответ, а ты мне скажешь, правильно я понял или нет. Обычно поэт, особенно молодой поэт, рассматривает свой выбор, свою, так сказать, альтернативу - что делать с будущим стихотворением, в таких координатах: либо ждать, либо действовать. Действуя, то есть когда он не дождался вот этого позыва, сигнала и т.д., а просто пишет из себя, от себя, - выходит второсортно. Ждать – ну, как бы не конструктивно, можно сказать, что он бегает там, что-то делает - и в то же время ждет, но не дождался. А ты говоришь о том, что можно пассивно ждать и активно ждать. Вот это «активно ждать» является неким…

Х.: Ну, можно это так сформулировать, но я бы даже не назвал это ожиданием, я бы назвал это тоже одним из видов навыка. Навыка приходить в состояние, в котором это…

К.: Приходить на место встречи.

Х.: … приходить на место встречи. И я прекрасно понимаю, что если я не последую этому навыку, у меня ничего не получится.

К.: Вопрос такой, он немножко личный, ты можешь отказаться от ответа. Бывают все-таки такие ситуации, что ты все сделал верно, вышел на место встречи, а тот, кто должен был выйти на место встречи с тобой, не явился? Бывает такое?

Х.: Ну, это смешно. Нет. Так, чтобы совсем ничего не было написано, такого не бывает. Однако совершенно ясно, что при таком режиме писания не все будет равномерно, не все в стихотворении будет равномерно, то есть так создается материал для огранки.

К.: Понял, так создается материал для огранки. Понятно. Но материал, ну условно сказать, вот здесь… мы сейчас с этой темы съедем, но она очень важная все-таки. Материал, в котором нет обмана, то есть он является мрамором - таким куском мрамора, сяким куском мрамора…

Х.: Он является абсолютно естественным следствием движения души, то есть я никогда не понуждаю себя, то есть - должен что-то написать, и это обязательно будет. Более того, я всегда говорил, со мной принято на эту тему спорить, я говорил, что я в любой момент понимаю, что может быть щелчок, какой-то голос скажет «стоп» - и я прекращу на длительное время, а может быть, и навсегда писать стихи.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments