Борис Херсонский (borkhers) wrote,
Борис Херсонский
borkhers

Заметки на полях - 3. Корабль современности.

Несколько слов о самом уязвимом месте в статье Ильи Кукулина. Здесь - не его вина, потому что масштабы статьи диктуют свои ограничения. И все же... Речь идет о поле, на котором работает автор, подбор имен, если угодно - и подбор цитат.

Ущербным мне кажется сам принцип - анализировать только то новое. что появилось в нулевые голы, отбрасывая то, что сформировалось раньше, в девяностые, а то и в семидесятые-восьмидесятые и продолжало развиваться в двадцать первом столетии в пределах того, что Илья называет вслед за Приговым (что-то похожее писал и Кузьмин) "личного мифа" каждого поэта. Этот подход привел к тому, что многие значительные фигуры современной поэзии (по мне - так лучшие из лучших) остались в стороне. Здесь важно и то, что крупнейшие русские поэты в нулевые годы продолжали оказывать влияние на литературную молодежь. И живые, и - ушедшие.

Любая обзорная статья - ковчег, и статья посвященная "поэзии нулевых" автоматически предполагает хотя бы упоминание о тех поэтах, которые работали в эти годы. Мне легко писать об этом, ибо я - не в числе "обиженных". Но попал я в статью Ильи Кукулина по чистому недоразумению. В нулевые годы я начал печататься в Москве. А печататься в Москве и формировать свой взгляд на мир и свой стиль - разные вещи. Я, конечно, дитя семидесятых-восьмидесятых и развиваюсь исключительно в пределах "личного мифа", в пределах постакмеистической традиции. Движение вглубь и вширь не затрагивало уже сформировавшихся основ.

Но вот одно упущение, которое особо смущает меня. Алексей Цветков как бы "заново родился" в нулевые годы. Семнадцать лет до этого он молчал. Если мне не изменяет память, первые стихи Алексея после периода молчания, были порождены трагедией Беслана - Алексей прислал эти стихи Дмитрию Кузьмину и попросил разместить их на Вавилоне. Изменение поэтики Алексея было действительно революционным. фактически родился новый поэт, влияние которого в нулевые годы трудно переоценить.

Почему же, иллюстрируя "историческую боль" и ее отреагирование, Илья выбрал довольно тусклое стихотворение, в котором детали быта - единственно, что выдает присутствие Истории?

Приведу эту цитату с комментарием Кукулина - в данном случае это важно.

ведь кроме прочего
я фиксирую червоточины
в моих жестах в твою сторону
в твоих словах в мою сторону
в жестах и словах контролера в жулебино[5]
в грязной раковине
в отсутствии туалетной бумаги в поезде

кабы я выбирала чем раниться
выбирала бы только важное
ненасыщенное и влажное
и не сладкое и не кислое
перспективное для работы со смыслами

(Татьяна Мосеева, «научи меня любить родину…»)

Что за «червоточины» упоминает Татьяна Мосеева — поэт, фактически выпавший из литературы на несколько лет после яркого дебюта и вернувшийся в 2009-м с новой подборкой на сайте «Полутона»? Невидимые, болезненные, извилистые ходы внутри пространства души, памяти, «обретенного времени» (пользуясь выражением Пруста), непредсказуемо для героини стихотворения связывающие разные «куски жизни». Словно бы скрытые царапины, соединяющие внешний и внутренний мир. Ведь царапины не выбирают."

Отсутствие туалетной бумаги в поезде, жесты контролера - это отражение времени. Но увидеть подлинные трагедии нашего времени через эти детали, обрести время - не получается.

Теперь о том, почему я дал краткий комментарий Ильи. Мы видим, что Татьяна Мосеева хорошо дебютировала, затем - замолчала на девять лет и недавно разместила подборку на сайте "Полутона". Все это замечательно.
Но пока Мосеева молчала, многие - говорили, говорили выразительно, жестко, формировали свой стиль и свой взгляд. И подборка на сайте (сам размещаю там стихи и ценю этот ресурс) несопоставима с несколькими книгами, опубликованными за последние годы тем же Цветковым.

"Фигура умолчания" касается не только поэтов поколения "Московского времени", но и более ранних, чье присутствие реально ощущалось в нулевые годы, через влияние на молодежь. И довольно значительных и зрелых поэтов, стоящих в стороне от интересов автора статьи.

Вот, прочел диалог двух хороших (не хуже Мосеевой, как на мой вкус) поэтов: Игоря Караулова и Геннадия Каневского. Для первого неупоминание в статье почти равнозначно отрицанию его существования в русской поэзии. Второй - вполне сдержанно и трезво оценивает ситуацию. Я не разделяю политических и этнических взглядов одного из двух поэтов, в свое время это привело к конфликту и разрыву отношений. Но вот стихи у него часто - зрелые и интересные. Да и у второго - стихи часто замечательные. Горечь многих можно понять.

Корабль современности уплывает без них по страницам Нового Мира. Но вот ведь в чем дело. Кораблей современности у нас много. Идут они иногда параллельными курсами, иногда - в противоположные стороны.

Места хватит на всех.
Subscribe

  • verses

    Памяти Камю *** Курд ненавидит турка. Турок не любит курда. Наследственную ненависть обретаем мы от рожденья. Человек, рожденный женой, есть…

  • verses

    Сказка о взрослении (венок восьмистиший) * Давно уже пропил меч тот, кто пришел к нам с мечом. Отмыл от крови, начистил и вынес на барахолку. Не…

  • verses

    *** на фоне молчания муз слышнее гром канонады на фоне рыдания вдов слышнее смех клоунады кто богат тот и рад а мы бедны и не рады на фоне синего…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 49 comments

  • verses

    Памяти Камю *** Курд ненавидит турка. Турок не любит курда. Наследственную ненависть обретаем мы от рожденья. Человек, рожденный женой, есть…

  • verses

    Сказка о взрослении (венок восьмистиший) * Давно уже пропил меч тот, кто пришел к нам с мечом. Отмыл от крови, начистил и вынес на барахолку. Не…

  • verses

    *** на фоне молчания муз слышнее гром канонады на фоне рыдания вдов слышнее смех клоунады кто богат тот и рад а мы бедны и не рады на фоне синего…