August 25th, 2009

пара

verses

Не кради

***

Не укради! Ты слышал? Не укради!
Не беги по рынку, прижав украденное к груди.
Спину твою буравит полицейский свисток.
Не беги никуда, особенно - на Восток:
отрубят правую руку, хорошо, если ты левша,
не беги, особенно в прошлое, пропащая ты душа!
Ибо в прошлом - виселицы, котлы с крутым кипятком,
на углях железные клещи выложены рядком.

Но, если украл, - к престолу Господню скорей.
Этот грозен на вид, но в сердце Своем - добрей.

Головой покачает, скажет: "Ах ты злодей!
Мог бы даром взять у Меня, а ты украл у людей!"
пара

verses

Почитай отца твоего и матерь твою, как повелел тебе Господь, Бог твой, чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на той земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.

***
Почитай отца и мать свою, особенно там, куда
ты ушел, покинув их навсегда,
где молочные реки, кисельные берега,
золотые коровы, серебряные рога,
где ходят по небу-по кругу двадцать четыре луны,
где каравай вот такой ширины, вот такой ужины.
Утонешь в реке -
будешь плыть в парном молоке.
Умрешь - похоронят тебя не в земле,
в заварном киселе.
Будешь жив - потихоньку разжевывай каравай,
все выживают как-то, и ты, дурак, выживай.

Только выплывет из молока багровая рыба-Бог,
повернется, покажет тебе жемчужный, чешуйчатый бок,
ударит хвостом в молоко, осветит твою душу Лицом,
скажет: хорош, хорош, а видел ли мать с отцом?

На том ли, на этом свете, там или тут,
сидят во мраке, сальную свечку жгут,
колыбельную песню поют, тебя, убогого, ждут.

Пора тебе стать ребенком, ходить под столом пешком,
вычесывать насекомых густым роговым гребешком,
и жертвенный Агнец будет стоять на столе,
и продлятся дни твои на земле, и ночи - в земле.
пара

verses

Не убивай

***

Не убивай - ни себя, ни других, ни себя в других, ни других в себе,
не сиди в темном лесу в разбойной избе,
финский нож не точи, сычом в ночи не кричи,
не убивай. и сына убивать не учи.

Натешившись, не проваливайся под утро в глубокий сон,
по спутниковому ТВ врубив программу "Шансон",
чтоб не пели кретины жаргон воровской в ухо твоё,
чтобы бес ночной не спрашивал про житьё-бытье.

Ох, возьмут тебя. душегубца, поведут, накинут петлю, увидишь как
погубленные тобой овечек пасут в облаках,
все в белых дивных хитонах, как на подбор,
волосы длинные светлые, расчесанные на пробор.

И ты взмолишься - милые не губите меня,
не платите той же монетой, что катится в пропасть, звеня,
золотой червонец, на нем царь-мученик Николай,
чтоб не видеть мне часовых, не слышать собачий лай.

И убитые скажут: будет с тебя, прощаем, живи.
Только руки умой, а то - по локоть в крови.