September 30th, 2008

пара

verses

***

Чин омовения ног. Духовенство разуто. Стекает вода со стопы.
Гурий, препоясанный лентием, омывает и оттирает. Собор
переполнен. Треск свечей, дыханье толпы,
голова кружится, мутится взор.

На страстной все становятся лучше, чище, даже если (простит,
Господь, коли не так) священник не верит. Уклад
церковный целителен сам по себе. Православный быт.
Постные щи. Фимимам. Неожиданно над

Гурием слышится хлопанье крыльев. Голубь. С улицы, сам
по себе залетел, или выпустил кто? Медленный, скорбный лад
песнопений обволакивает, возвышает дух к небесам,
в киоте поблескивает чудотворной иконы оклад.

Как-то Гурий оговорился, сказал "судотворный образ", ну что ж,
оговорка имеет смысл. Если подумать, чудо есть тот же суд.
Например - смоковница. Ни благостный лик, ни ложь,
ни омытые ноги никого не спасут.

Во время оно Христос сказал апостолам - вы чисты,
все чисты во всем, только стопы ваши в пыли.
Будьте мудры как змии, будьте просты
как голуби. Боже, мы не смогли

быть простыми, наш Крест не на плечах, а вызолоченнный - на груди.
Омовение ног, как всякое подражанье не в счет. Голубь летит к потолку.
Гурий встает, его поддерживают, три дня поста впереди,
а там и Пасха, возможно, последняя на его веку.