Борис Херсонский (borkhers) wrote,
Борис Херсонский
borkhers

Яков Лернер. Воспоминания - 12

Я уже писал, что хотя меня и освободили из лагеря, но свободным человеком я себя не чувствовал. Мои права были ограниченны. Не было мира в моей душе. Я жил в постоянной тревоге. Я не мог покинуть Колыму (не лучшее место на земле, совсем не лучшее), я не мог найти себе работу, соответствующую моей квалификации. Всюду была секретность, все было под надзором НКВД-МГБ, а кто же даст мне, бывшему политзэка, "лишенцу" доступ к секретным материалам?
Но, в конце концов мне повезло. Добыча золота была важным государственным делом. Здесь не было места людям, которые могли заменить квалификацию верностью генеральной линии КПСС... После освобождения я остался работать на том же заводе и в той же должности, в которой я работал будучи заключенным. Там хорошо знали мою добросовестность и квалификацию. Для администрации было важно и то, что я не был другом Бахуса. Много раз меня пытались продвинуть на позицию главного бухгалтера, но "первый отдел", зав отделом кадров блокировал мое продвижение. В конце концов директор завода, человек военный, своей властью назначил меня исполняющим обязанности главбуха. Он сделал это "под свою ответственность", так и было написано в его резолюции.

Мое настроение изменилось. Мне нравилась моя новая работа и я чувствовал себя на своем месте в новой должности.

После смерти Сталина в марте 1953 года я вздохнул облеченно. Впервые за много лет я получил отпуск - шесть месяцев!, крупную сумму отпускных и возможность провести отпуск где и как мне угодно.

В августе 1953 года я добрался самолетом до Иркутска, а оттуда, поездом - до Омска. Я путешествовал в вагоне первого класса - завод оплачивал мои дорожные расходы. Из Омска я поехал в совхоз в надежде встретить там моих старых друзей. Как они удивились и обрадовались, увидев меня живым!
Радость нашей встречи была омрачена памятью о наших друзьях, погибших в сталинских лагерях. Таких было немало, как будто эпидемия пронеслась над страной.
И, как прежде, никакого намека на антисемитизм в коллективе совхоза. Я сохранил дружеские связи со многими сотрудниками и переписывался с ними до самого отъезда из СССР.

Вскоре я приехал в Москву. Я не мог останавливаться в гостинице, мой паспорт имел ограничения, не позволявшие мне находиться в Москве официально. Один из близких друзей пригласил меня жить в его квартире. Когда-то мы несколько лет проработали в одном учреждении. И теперь я жил в квартире со всеми удобствами. Человеческое отношение, нормальные бытовые удобства. Вам это кажется совершенно естественным. Но для прошедшего лагеря все это казалось раем земным.

Как и в первый раз, я ходило по театрам и музеям. Но не приобщение к культуре, а реабилитация была моей основной целью.
Tags: лернер
Subscribe

  • verses

    Памяти Камю *** Курд ненавидит турка. Турок не любит курда. Наследственную ненависть обретаем мы от рожденья. Человек, рожденный женой, есть…

  • verses

    Сказка о взрослении (венок восьмистиший) * Давно уже пропил меч тот, кто пришел к нам с мечом. Отмыл от крови, начистил и вынес на барахолку. Не…

  • verses

    *** на фоне молчания муз слышнее гром канонады на фоне рыдания вдов слышнее смех клоунады кто богат тот и рад а мы бедны и не рады на фоне синего…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments